• Slideshow01
    Певец, поэт и композитор, музыкальный
    продюсер и основатель этно-поп группы
    "RUSSKOE POLE"
  • Slideshow02
    Певец, поэт и композитор, музыкальный
    продюсер и основатель этно-поп группы
    "RUSSKOE POLE"

последние видео новости

Я шел своей дорогой - дорогою песни

Я родился в вагончике, в казахской степи, куда мои молодые родители приехали поднимать целину. Поэтому детство сразу задалось интересное, вольное. Родители работали не покладая рук, отец в командировках, мать сутками в школе, и мы, сорванцы, были предоставлены сами себе. Отсюда, и раннее ощущение самостоятельности, тяга к приключениям и освоению новых территорий. В первом классе я убежал из дома просто из любопытства. Меня нашли и выпороли, но тяга к романтике от этого не убавилась. Город был молодым, стремительно-растущим, и стратегически удобным для космической отрасли. Практически, в  нескольких километрах от города приземлялись капсулы с космонавтами, их селили в единственной гостинице, и уже потом отправляли в Москву.

Мы, как и все дети того времени, были постоянно голодны. Я тихонько клал в кармашки печеньки из отдела самообслуживания универсама, делал пугачи, взрывал карбид, лазил по подвалам и таскал домой всякую живность.  Со второго класса я уже запевал в хоре, самостоятельно пошел в лыжную секцию, что-то мастерил в авиамодельном кружке, и ловил карасей за городом на нитку с самодельным крючком. Класса с 6-го профессионально  занялся пулевой стрельбой, и бегом. Такой разносторонний круг моих интересов не мешал мне получать хорошие оценки по физике и прочим предметам. Я легко все запоминал. Будучи стабильным хорошистом, в классе 9-ом я сделал своими руками первый телескоп, чтобы наблюдать за тем, как звездочками отваливаются ступени у взлетающих в ночь ракетоносителей. Я много читал, у отца была большая библиотека, а пронзительно чистый космос над головой частенько будоражил мое воображение, заставляя меня мыслить категориями планетарного масштаба и я втайне мечтал о профессии космонавта.

Моя мама - учитель музыки, и отец, также не лишенный слуха и вкуса, частенько аккомпанировали себе на баяне, оба они пели и невзначай прививали мне любовь к песенному жанру и хорошей музыке. Многие тогда слушали на бобинных магнитофонах песни Владимира Высоцкого, и на семейных пьянках-гулянках, я частенько засыпал под его хриплый, с особой, авторской интонацией голос. Тексты его впечатывались в мою детскую память сразу, целиком и надолго. Видимо почувствовав поэтический настрой моей души, в 7-ом классе отец неожиданно купил мне чехословатскую гитару Кремону, и я впервые сочинил свои первые комсомольские песни, играя девчонкам у подъезда все самое популярное из эстрады того времени. Так продолжалось до 10-го класса, по окончании которого в заветное летное училище мне поступить не удалось, и я пошел по накатанной дорожке в Уфимский авиационный институт. Но студенческие вечеринки, походы по кинотеатрам, участие в жизни клуба самодеятельной песни, не сделали из меня примерного студента. По вышеназванным причинам, в конце второго курса я вдруг понял, что профессия авиационного инженера не по мне, и чтобы переосмыслить свои пути-дороги, и прыгнув три раза с парашютом в аэроклубе, я решительно ушел в армию, в десантные войска. Шел то я в десант, а попал в связь. Всему виной был мой хороший слух, из-за чего на солдатской пересылке меня лихо "перекупили" с Дальнего востока. Так, первые полтора года, в звании сержанта, и в должности радиста  я обеспечивал связь командиру дивизии, и создавал помехи на тихоокеанском флоте. По ночам же, сквозь треск эфира я слушал такую доселе неведомую мне, необычную музыку радиостанций со всего мира. Солдатский досуг малопривлекателен, и чтобы не попасть в очередной раз в наряд на кухню, я со скуки организовал вокально-инструментальный ансамбль из своих сослуживцев, а на очередной комсомольской конференции, меня тут же заприметил, и уговорил  перевестись к ним в часть, дирижер ансамбля песни и пляски КДВО. Я особо не раздумывал. Там в оркестре, уже и дослуживал солистом, исполняя "Где же вы теперь, друзья однополчане..." и разъезжая по воинским частям Хабаровского края. В оркестре судьба неожиданно свела меня с двумя конферансье, призванными прямо из театра молодыми актерами, обнаружившими во мне таланты и убедившими меня попробовать свои силы на поприще Мельпомены. Посему в авиационный институт я конечно не вернулся, и в 1987 г. оказался в числе сотен праздно шатающихся театральных абитуриентов в приемных комиссиях столичных вузов. По ночам мы гуляли по Москве, пели на Арбате песни Высоцкого, и если бы не случай, (на приемной комиссии во МХАТе, Олег Ефремов взял меня 28 человеком на курс, но по какой-то, непонятной мне причине, в списке счастливчиков на следующий день я себя не обнаружил), я бы не рванул в театральное училище в Нижнем Новгороде, распираемый от гордости и одновременно досады, но абсолютно уверенный, что я несомненно талантлив.

Без общежития, и без денег, ночуя с друзьями на скамейках две недели в скверике данного училища, я был все же безмерно счастлив. Мы были вместе, веселая компания творческих молодых людей... Хотелось влюбляться, переезжать из города в город, а сцена уже где-то глубоко в душе держала и не отпускала. Конечно, два года училища не прошли для меня даром. Я стал увереннее, менее прямолинейным и закомплексованным, чем когда пришел старшиной с армии. Но правда учится хотелось все-таки в Москве, в той самой школе-студии МХАТ, где учился мой кумир Владимир Высоцкий. Через год опять попытка, и опять неудача. Что за черт! Обычно в такие моменты подогреваешь себя историями подобного рода со знаменитостями. На сей раз меня берет к себе на курс Щукинского училища Владимир Этуш, но сочинение я пишу, как всегда, с ошибками: где пять - оценка за содержание, и двойка - за несметное количество пропущенных запятых. Я опять не прохожу. Увы! Еще год терпения в театральном училище в Нижнем, и вот я снова в Москве, пробуюсь везде.... Ура! Наконец-то, свершилось! Я - в ГИТИСе, на актерском отделении, с перспективой попасть на режиссерский курс. "Сколько слов и надежд, сколько песен и тем..." (В. Высоцкий). Курс ведь был экспериментальный, смешанный, актерско-режиссерский. Руководил курсом профессор Георгий Павлович Ансимов. Но настоящие навыки ремесла я получил позднее у второго замечательного педагога-режиссера профессора Михаила Григорьевича Дотлибова. Поэтому, первые полтора года я вообще учился на двух факультетах (столько во мне было энергии охватить все и сразу), и буквально ночевал на подмостках учебной сцены, опаздывая в общежитие на метро. На втором курсе я рискнул неожиданно жениться, и хотя родители с обеих сторон, мягко говоря, не были в восторге, свадьба прошла с размахом, по студенчески (все мои друзья около 40-ка человек чуть не разнесли общагу). Это была далеко не лучшая затея, (мы через год по глупым обстоятельствам развелись), время было тяжелое, разруха 90-ых, голодная страна шла в разнос: пустые театры, коммерция, продажа всего и вся, развал СССР, и отделение республик.

У меня ведь гипертрофированное чувство долга, а по отношению к родителям тем более, поэтому, надо было как-то перевозить их в Россию, где нас никто не ждал, и я боялся, что родители останутся в другом государстве. Сдача дипломного спектакля на гос.экзаменах, и я не задумываясь еду за ними. И вот мы переезжаем, с места на место, из города в город, в поисках лучшей доли. Чем только я тогда не занимался: торговал в ракетной дивизии в своем магазинчике (за сотни верст по безлюдной казахской степи возил хлеб на стареньком "Рафике" в буран и мороз), тайком перевозил контрабандный спирт через границу, ходил на охоту на зайцев, ночевал под открытым небом в бескрайних степях Казахстана, поднимал культуру на юге Урала, параллельно организовывал всяческие концертные бригады, в общем выживал, но песни сочинять не бросил. Всякое бывало... Помню, как отрабатывал серию концертов по совхозам за несколько тонн пшеницы на зиму, для своей домашней живности, свиней и уток. А география концертов расширялась, и как-то я в очередной раз пересекая Москву, завис, что называется, у своих приятелей, которые уговорили меня остаться. Так, волею судеб я снова оказался в столице, где когда-то учился, и где с новой силой нахлынули студенческие воспоминания, о друзьях по творчеству и первой любви...

С тех пор я уже никуда не уезжал. В 2000-ых годах продюсировал свои первые музыкальные проекты. Работал с разными артистами на студиях Москвы. Но творческое неудовлетворение всегда движет человеком искусства. Мое творческое неудовлетворение уже четко отчерчивало уготованный мне жизненный путь. Я шел своей дорогой - дорогою песни! Уже в 2007 году я открыл свою студию звукозаписи, где за 8 лет, записал несметное количество исполнителей и их произведений. Первые мои личные проекты были с артистами малоизвестными, я скорее больше набивал руку как музыкальный продюсер и автор песен. Но качество,  я старался отслеживать всегда. В этом мне помогали, постоянная практика и вкус воспитанный в лучших традициях песенного жанра. Ведь я вырос на творчестве таких исполнителей, как: Козин, Утесов, Бернес, Галич, Толкунова, Магомаев, Мартынов и многих других. Интонация, и манера исполнения поющих артистов советского театра и кино: Левашова, Высоцкого, Визбора, Миронова, Даля, глубоко западали мне в душу. Я зачитывался стихами поэтов: Пушкина, Есенина, Пастернака, Бродского, Цветаевой, Ахматовой, Башлачева. Наряду со знанием мною законов сцены, жанровой и актерской подачи все эти великие люди вдохновляют меня и по сей день на создание тех песен, которые я пишу. В данный момент, я продюсирую оригинальный музыкальный проект (группа "Русское поле") в слегка этническом стиле, в репертуар которого я также пишу свои новые песни. Пишу и сочиняю для эстрадных "звезд" и не только. И еще, выступаю, со своей авторской программой из своих самых лучших песен, надеясь, что и мое исполнение, и моя собственная авторская интонация также найдут своего ценителя и верного слушателя.

Новости

все новости